Хаджимба стал президентом в рамках статистической погрешности в 1%

0
6

На выборах в Абхазии объявлен победитель. Вопреки всем прогнозам экспертов, им стал действующий президент Рауль Хаджимба. Он обогнал своего соперника Алхаса Квициния всего на 1% (чуть более тысячи голосов) . Такой результат не убедил оппозицию, которая требует повторных выборов и угрожает вывести людей на улицы.

Хаджимба стал президентом в рамках статистической погрешности в 1%

фото: kremlin.ru

В Абхазии досрочно начался сезон фейхоа. При чем тут фейхоа, спросите вы? Это популярный анекдот времен первой абхазской «цветной революции» 2004 года. «Абхазы говорят: у кого-то «абрикосовая революция», у кого-то «дынная»… А у нас как раз фейхоа поспело. Значит, революция у нас какая? Фей…я».

Фейхоа еще не созрело, но в политической атмосфере прибрежной республики явно ощущается приближение грозы. Во втором туре президентских выборов вроде бы победил действующий президент Рауль Хаджимба, но победил с таким ничтожным перевесом, что его смело можно отнести к статистической погрешности. Судите сами: у Хаджимба 47,38%, у его соперника Алхаса Квициния — 46,19%. Это чуть более 1%, а в абхазских условиях — примерно тысяча голосов.

После первого тура я писала, что Хаджимба может победить только чудом. Чудо свершилось. Абхазское чудо. И не спрашивайте меня, как кандидат, получивший в первом туре 23,85% голосов, сумел во втором набрать 47,38%, и это при том, что против него объединились два кандидата, совокупный результат которых был более 40% (Алхас Квициния — 21,97% в первом туре, Олег Аршба — на 90 голосов меньше). В Абхазии знают, как добиться таких успехов, и лично у меня нет никаких сомнений, что Хаджимба победил честно. Проблема в том, что такие сомнения неизбежно возникнут у избирателей, которые голосовали за Квициния. Они будут подозревать, что их обманули, с их мнением не посчитались. А это примерно половина населения Абхазии.

Что такое тысяча с чем-то голосов? У действующей власти в руках все рычаги: это и административный ресурс, и… Но не будем о плохом.

Хотя такой результат — это самое плохое, что могло случиться с Абхазией. Победил бы Хаджимба с отрывом хотя бы в 5% — нет вопросов. Победил бы Квициния — тоже неплохо, хоть и пришлось бы Москве выстраивать отношения с совершенно неизвестным ей человеком. Впрочем, почему же неизвестным? Отношения, скорее всего, пришлось бы выстраивать все с тем же Анквабом — хоть в качестве премьер-министра, хоть «серого кардинала». Роковая ошибка Рауля Хаджимба в том, что он позволил экс-президенту вернуться в политику, стать депутатом. Ясно же было, что он попытается взять реванш. Поведение Анкваба тоже загадочно. Казалось бы, зачем пожилому, очень небедному и не очень здоровому человеку раз за разом возвращаться в Абхазию, где его уже неоднократно взрывали и расстреливали? Зачем ему эта головная боль? Какими обязательствами он связан?

Штаб Хаджимба объявил о победе и начал ее отмечать, не дожидаясь оглашения окончательных результатов. И это тоже не могло понравиться той половине Абхазии, которая проголосовала за Квициния. У штаба проигравшего кандидата собрались сотни его сторонников. Они угрюмо молчали. Квициния призвал их разойтись по домам до утра. Он сообщил, что его штаб ведет параллельный подсчет голосов и утром по итогам этого подсчета он решит, что делать.

Утром Квициния объявил, что Хаджимба не получил нужного количества голосов, и потребовал провести новые выборы. С таким же требованием обратились в ЦИК трое других кандидатов, выбывших после первого тура: Олег Аршба, Астамур Какалия и Артур Анкваб. Они ссылаются на Конституцию республики и указывают, что ни один из кандидатов не набрал половины голосов. Пока известно, что ЦИК отклонил обращение Квициния и признал действующего президента победителем.

В итоге получается, что Хаджимба вроде бы и победил, но его победа неубедительна. Она не убеждает примерно половину избирателей Абхазии, которые весь второй срок Хаджимба будут считать, что их нагло обманули. Они будут ходить с фигой в кармане и тихо саботировать все, что исходит от власти. Дойдет ли до открытого противостояния — манифестаций, перекрытия дорог, — я не знаю. Но хорошего во всем этом мало.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here