«Крузенштерн» в порту Ушуайя
В ноябре 2019 года российский фрегат «Паллада» ушел в кругосветное плавание. Вместе с двумя другими крупнейшими учебными парусными судами — «Седовым» и «Крузенштерном» — «Паллада» стала участницей экспедиции в честь 200-летия открытия Антарктиды русской экспедицией под командованием Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева. Один из самых сложных и интересных этапов кругосветки — от чилийского порта Вальпараисо до аргентинской Ушуайи — с экипажем «Паллады» прошел корреспондент «Ленты.ру» Петр Каменченко. О самой южной тюрьме мира, влиянии топора и железных зубов на навигацию, первом нигерийском полярнике, Фолклендской войне и других паранормальных явлениях читайте в заключительной части репортажа из южных широт и Аргентины.
Начало рассказа о морских приключениях российского парусника в «ревущих сороковых» и «неистовых пятидесятых» широтах можно прочесть здесь и здесь.
Обойдя мыс Горн, российский парусный фрегат «Паллада» вошел в Южную Атлантику. До Антарктиды оставалось всего два суточных перехода. К сожалению, класс судна не позволял хождение в полярных водах, и, повернув на северо-запад, мы направились к проливу Бигль и дальше — в аргентинский порт Ушуайя.
Пролив Бигль 1/4Ночной таран, железные зубы, топор и кит
Днем на солнце моментально обгорает лицо. Распухший нос можно рассмотреть, даже не особенно скашивая глаз. А ночью холодно. Ледяной ветер с Антарктиды быстро выдувает остатки сна. Перчатки промокли, и руки стынут. Мостик со штурвалом открыт ветру и дождю. Вахта с двенадцати ночи до четырех утра.
— Курс 215 градусов.
— Есть курс 215 градусов.
Штурвал делает три оборота «врукопашную» вправо. Рулевой сверяет курс по светящемуся кружку компаса.
— Компасы врут, даже если у штурмана железные зубы, — ворчит старпом. По случаю вспоминаем, как негодяй Негоро (тот, который «Я не Негоро, я капитан Себастьян Перейра!») подсунул под компас топор, и шхуна-бриг «Пилигрим» вместо Южной Америки оказалась у берегов Африки. Нам это вряд ли угрожает, но курсанты слушают историю с любопытством. Жюля Верна они не читали. Другое поколение!
В закрытой ходовой рубке тепло и тихо. Один из курсантов уже минут десять пытается решить задачу: если корабль идет со скоростью двенадцать узлов, на каком расстоянии от берега он будет через пять минут. Другой следит за показаниями гидролокатора. Море пустынно, нигде ни огонька, глубины — около километра. Но расслабляться нельзя. В воде по курсу судна могут плавать посторонние предметы. В море всякое случается:
Шел впереди караван дров. Ну и потеряли они несколько бревен на качке. А мы среди ночи в одно из них влетели. Вышибло иллюминатор. Тут же хлынула вода. Пришлось срочно накладывать заплатку впотьмах
Капитан «Паллады» Николай Кузьмич Зорченко рассказывает, а я вспоминаю недавние учения экипажа по накладыванию «пластыря» на условную пробоину. Значит, не зря тренировались.
Неожиданно пищит эхолот. Какой-то крупный предмет прошел всего в шести метрах под килем. Через пару минут еще раз, и еще…
— Китенок любопытный! — делает предположение капитан.
— Или вражеская подводная лодка, — старпом дразнит курсанта, которому все-таки удалось справиться с задачей по определению местоположения судна. Правда, за этот время фрегат уже успел сделать поворот оверштаг и лег на противоположный галс. Курсант получает новую задачу и пыхтит над картой с циркулем и линейкой.
С расизмом Артур в России не сталкивался. Возможно, кому-то повезло… 1/2Самый знаменитый полярник Нигерии
В кругосветке на «Палладе» проходят практику 96 курсантов четырех учебных заведений Росрыболовства из Владивостока и Петропавловска-Камчатского: судоводители, судомеханики, электромеханики, штурманы. Пацанам от 17 до 20 лет. Чтобы получить рабочий диплом, выпускник мореходки должен пройти обязательную 12-месячную морскую подготовку на судах. Одного дня не хватает — еще могут зачесть, двух дней — уже нет. Все очень серьезно. На этот раз в море они пробудут 222 дня, с 1 ноября прошлого года по 9 июня нынешнего. Если, конечно, не произойдет ничего нештатного — в море заранее загадывать нельзя.
Самый необычный курсант — нигериец Артур Нвабуфо. Родился в США, учился в Морской академии Сингапура, затем по студенческому обмену перешел во владивостокскую мореходку. Женился на русской девушке, с удовольствием показывает свадебные фотографии.
Веселый, общительный парень. Ведет для курсантов «Паллады» факультатив по разговорному английскому, играет в пинг-понг, боксирует, участвует в самодеятельности. Читает рэп собственного сочинения — мальчишкам нравится.
— Ты единственный чернокожий на корабле. С проявлениями расизма или ксенофобии доводилось сталкиваться? — спрашиваю Артура.
— Я толстокожий, меня такие вещи не беспокоят. Но нет, с расизмом в России не сталкивался. А знаешь, что я первый нигериец, который прошел под парусом мыс Горн?
Артур листает на гаджете публикации в нигерийских газетах.
— Мой брат — журналист, работает в Нигерии, это он обо мне написал. Представляешь, я теперь национальный герой!
Юнга Ковалев — победитель бюрократов
Кроме курсантов на «Палладе» проходят практику юнги, но идут они не всю кругосветку, а отдельные этапы — нужно же и в школе учиться. За время похода на фрегате поочередно побывают 14 юнг. Все ребята — из Клубов юных моряков, входящих в Молодежную морскую лигу России, и далеко не из самых приморских регионов: из Ярославля, республики Марий Эл, Ханты-Мансийского автономного округа… Опыт для них уникальный.
Юнги «Паллады» 1/5
Чтобы попасть на «Палладу», Коля Ковалев из Ярославля только что горы с пути не свернул. Десятикласснику нужно было получить разрешение от родителей, освобождение из школы на три месяца в середине учебного года, оформить медицинскую справку, свидетельство о первичной морской подготовке, получить удостоверение личности моряка и мореходную книжку.
Родители не возражали. Со школой договорились — парень отличник. А вот дать мальчику медсправку нужной формы ни одно медицинское учреждение Ярославля не согласилось: «мало ли что, потом за него отвечай!». Нужную справку Коля добывал в Костроме. Свидетельство о первичной морской подготовке — в Нижнем Новгороде, остальные необходимые документы — во Владивостоке. Представляете, какой у этого парня опыт борьбы с бюрократической системой и какая должна быть сила воли!
— У меня дед служил на флоте, — рассказывает юнга. — Сейчас ему восемьдесят, так он те четыре года, которые во флоте провел, всю жизнь вспоминает. А мама — биолог, занимается водными экосистемами рек, брала меня с собой в экспедиции, когда я еще совсем маленьким был. Я уже тогда хотел путешествовать, уходить далеко от дома, в дальние походы, жить в палатке, увидеть мир.
В одиннадцать лет Коля записался в Ярославский турклуб. У клуба был свой пароход с настоящим машинным отделением, каютами и камбузом. Летом ребята ходили на нем по Волге, жили в кубриках и на берегу в палатках.
— Какие у тебя обязанности на «Палладе»?
— Я приписан к грот-мачте, работаю на нижнем марселе. Выше более опытные ребята поднимаются. Они и посильнее, и побыстрее. Быстро поднялись, быстро укатали паруса… Все-таки на самый верх подниматься пока и физически, и морально еще тяжеловато. Там сильно качает.
— И как тебе работа на мачте?
— Когда в первый раз на рее, кажется, что все неудобно, постоянно за все хватаешься, за сизневки, за леера, за парус… А потом вдруг понимаешь, что стоишь крепко, застрахован карабином — значит, уже не свалишься, и как-то сразу успокаиваешься.
Дедка за репку, бабка за дедку — тянут-потянут и… 1/5
— Он немножко скромничает, — вступает в разговор руководитель практики юнг Андрей Желудкин. В 1989 году Андрей Владимирович был одним из тех, кто принимал «Палладу» в Польше и вышел на ней в первый рейс. — Коля не просто марсовый, он ноковый! Ноковый правого нижнего марса-рея. На нок самых лучших ставят.
—У юнг есть какие-то ограничения по сравнению с курсантами?
— Ограничения по нагрузке. Юнги не стоят ночные вахты, только вечерние.
— А школа, десятый класс? Они же много пропустят, а им через год ЕГЭ сдавать.
— Все три месяца они занимаются на судне по школьной программе. Сдают зачеты по предметам. Давайте я вам сейчас ведомость принесу… Там у них одни пятерки!
Впечатлений у парня теперь на всю жизнь. Когда «Паллада» переходила в Западное полушарие, день 1 декабря экипаж прожил дважды. «Было два воскресенья подряд, только кормили по-разному», — смеется юнга. Пересекли экватор. 37 дней провели в море, а потом почувствовали ногами твердую землю, и она качалась, как палуба. Побывали на Самоа в доме-музее автора «Острова сокровищ».
— После первого перехода сошли на берег, и вот я смотрю на «Палладу» с горы, а вокруг мачт — сплошная паутина из веревочек, и я название каждой веревочки знаю, и зачем они там привязаны. Вокруг разные корабли стоят, а наша «Паллада» такая гордая! И такая красивая… Первый день в Апиа (столица Самоа — прим. «Ленты.ру») был колоссальный. Мы поднялись в гору, где дом и могила Стивенсона. Я «Остров сокровищ» прочитал, когда мне лет десять было. И вот я тут… Разве такое можно забыть!
Вид на Ушуайю (Аргентина) со стороны входа в залив 1/6Fin del Mundo, amigo!
В Ушуайе «Паллада» стояла не на внешнем рейде, как это было в Вальпараисо, а в порту у причала, в окружении огромных океанских лайнеров, и пользовалась заслуженным вниманием. Специально из Буэнос-Айреса прилетел российский посол в Аргентине, по поводу чего и без того чистый корабль вымыли и подкрасили с особой тщательностью. Курсанты принарядились и построились на шкафуте. Посол сказал речь и пошел в сопровождении капитана осматривать фрегат.
На следующий день пришел и встал на внешнем рейде «Крузенштерн» — ему у причала места уже не хватило. Пока курсанты и матросы «Паллады» гуляли по городу и осматривали местные достопримечательности, крузенштерновцы по большей части разглядывали берег с борта судна. Не повезло.
Аргентинская Ушуайя — самый южный город мира. И хотя некоторые чилийские населенные пункты пытаются этот факт оспорить, ничего путного у них из этого не выходит. Отношения двух соседних стран вообще далеки от идеала, а их соперничество нередко балансирует на грани конфликта.
Уникальное местоположение стало основой процветания Ушуайи и главной фишкой для привлечения туристов. Девиз города — «Это конец света, братан!». В буквальном смысле.
