Андрей Ли — плодовитый электронный музыкант родом из Ташкента, один из основателей техно-дуэта Interchain (ранее Stoned Boys), выступавший под псевдонимом Obgon. В 2019 году он отошел от клубной музыки, занявшись экспериментальным перформативным проектом «Директор Всего». В нем артист апроприирует корпоративную культуру, примеряя на себя облик сурового, но справедливого суперменеджера, своего рода мессии офисного планктона. Композиции из дебютного альбома «Всего», вышедшего в сентябре 2019-го, посвящены различным элементам жизни руководителя компании — собраниям, увольнениям, форс-мажорам, которые подаются под минималистичным электронным звучанием. На днях Директор Всего выпустил новый трек, который стал первым синглом из грядущего альбома. Андрей рассказал «Ленте.ру» о том, как найти ни на что не похожий саунд, что происходит с электронной сценой Узбекистана и почему работников европейских лейблов необходимо срочно уволить, — и при этом ни разу не вышел из образа своего альтер эго.
Признаюсь, впервые узнал про Директора Всего, когда увидел у друзей твою фотографию в рамке. Они сказали, что это для привлечения инвестиций.
Директор Всего: Речь, наверное, идет о моем бизнес-талисмане, который мы с командой создали для того, чтобы люди могли во что-то верить и это что-то могло бы им принести удачу и успех. Так что этот предмет, который вы видели в гостях у друзей, — это бизнес-талисман Директора Всего.
Как появился образ Директора Всего и вся концепция музыки о корпоративной культуре?
Как я пришел к этому? Я очень много работал, и однажды меня повысили по назначению сверху до должности Директора Всего. Это произошло в один из обычных рабочих дней, когда я еще был просто менеджером. Я стоял у принтера, печатал документы, и как некое явление чуда на меня сверху снизошел призыв. Сквозь потолок «Армстронг» на меня указал палец, послышался голос: «Я назначаю Директором Всего». Представляете? Меня назначили Директором Всего прямо сверху! С тех пор я работаю еще больше, потому что чем выше должность, тем больше задач. Нужно изменить мир к лучшему, чтобы у всех все получалось. И я своим опытом делюсь с людьми путем видеоклипов, фильмов, музыки.
Ровно год назад у меня вышел дебютный альбом, заряженный на успех. Он так и называется: «Директор Всего — Всего». Это значит «Всего вам хорошего, дорогие работники, потому что вы заслуживаете всех благ, когда работаете качественно». Музыка вдохновлена работой, отчасти вдохновлена джазом. Я большой фанат джаза и считаю его высшей формой искусства, потому что над этой музыкой очень много работают. Джазмены — работяги те еще, они пашут, оттачивают свое мастерство, чтобы каждое соло уносило слушателей в какие-то новые, неизведанные реальности и ощущения.
Целевая аудитория у тебя — офисные работники? Планируешь распространять зону влияния на маргиналов, на музыкальный андеграунд?
Я не признаю понятие «андеграунд». Я не мыслю такими категориями, андеграунд, — не андеграунд. Я делаю поп-музыку, потому что поп-музыка понятна всем, но я использую просто нестандартные шаблоны. Вернее, я вообще не использую шаблоны, я всегда хочу удивить. Какие стартапы выстреливают, какие контракты работают? Те, что удивляют, дают что-то новое. Поэтому свою музыку я позиционирую как поп, но она абсолютно инновационная — такую никто больше не пишет в наше время. Более того, я считаю, что чем сложнее поп-музыка, тем больше она заставит людей задуматься об их месте в обществе. Я за сложную музыку в легком поп-формате, так сказать.
Аудитория у меня очень широкая, потому что мой образ понятен всем, моя должность известна всем, каждый работник автоматически становится моим подчиненным и слушает то, что я создаю. Но есть определенный срез общества, именуемый фрилансерами. Моя задача — донести до этих людей, что их путь ведет в никуда. Это стоп карьерной лестницы. Все знают, как работают фрилансеры: это постоянно какие-то опоздания на встречи, нарушения дедлайнов, потеря связи. Это всегда нестабильная работа, как в отношении подрядчика-заказчика, так и в личном плане. Я знаю, что большинство фрилансеров в первых числах месяца чешут голову и думают: «Как же нам заплатить за квартиру? Надо срочно какой-то заказ намутить». Таких проблем у нас, постоянных работников, нет. Мы всегда получаем стабильную зарплату, всегда знаем, что у нас будет полон холодильник и оплачена квартира. Поэтому я говорю нет фрилансу!
А что ты думаешь о работе на удаленке из-за пандемии коронавируса?
Я свои мысли по этому поводу уже озвучивал в моих блогах, соцсетях. Ну что ж поделать, такова ситуация, и это уникальный случай поработать из дома, это официальное разрешение. Надо воспользоваться этой ситуацией в лучшем ключе, проявить себя даже в таких нестандартных условиях, когда офис закрыт. Ты дома, это тебя дисциплинирует, заставляет подумать, освежить свои мысли, может быть, какие-то новые идеи придут, как развивать бизнес. Многие работники это время почему-то называют тяжелым, неопределенным, страшным. Я так не считаю — я беру ситуацию и обыгрываю в свою пользу. Я всем своим партнерам сказал: «Друзья, радуйтесь, у вас есть официальная возможность поработать из дома». Но именно поработать из дома, а не проваляться на диване, смотря сериалы на Netflix.
До твоего повышения, до этой сложной поп-музыки ты делал довольно дарковые клубные проекты — Interchain и Obgon. Они идеально влились в волну техно-ревайвал. Ты ими занимался чисто из интереса или хотел оседлать моду на клубную музыку?
Все люди подвержены каким-то модным влияниям, и я тоже. Это был опыт очень полезный для меня, и я понял, как работать с ритмами, с грувами, это сделало меня еще сильнее. Я не вижу проблемы в том, чтобы следовать каким-то модным течениям. Пожалуйста, следуйте — делайте то, что модно, это круто! Будьте модными. Лучше быть модным, чем немодным. Но всегда важно иметь какое-то послание слушателям. Потому что можно сделать трек по шаблону, и он ничем не будет отличаться от какого-нибудь классного бэнгера, но в нем не будет никакой души. Мой подход всегда был авторским — если даже я брал модное течение, то переваривал его и делал что-то свое, иначе неинтересно. Зачем делать то, что есть, когда можно сделать что-то в рамках какого-то влияния, но по-своему? Obgon и Interchain — абсолютно разные проекты, со своими идеями и философиями.
Ты к ним еще вернешься?
Я не знаю. Не могу сейчас ответить — никогда не знаешь, что произойдет. Может быть, придет какая-то классная идея, захочется выпустить новый трек или целый альбом, реюнион Interchain сделать. Но загадывать не буду, потому что сейчас много директорской работы. Поэтому прошлое пусть останется в прошлом.
По поводу директорской работы: твой трек «Бизнес-ланч» — первый сингл с грядущего альбома. Расскажи, что еще нас ждет и когда.
Альбом готов, он прошел все стадии — от сочинительства до сведения и мастеринга, все лежит у меня в айфоне и ждет своего часа. Когда точно — сказать не могу. Но я дам анонс: он будет называться «Самый занятой гражданин». Выйдет он в этом году — надеюсь, что осенью. Этот альбом посвящен, естественно, мне самому — Директору Всего, самому занятому гражданину, потому что я такой: у меня очень много дел, много задач, вебинаров, семинаров, практик… Очень много! Этот альбом рассказывает историю о Директоре Всего как о самом занятом гражданине.
Если я не ошибаюсь, в проекте Директор Всего у тебя появился новый элемент — актерская игра. Как он тебе дается, есть ли какие-то трудности?
Трудностей нет (смеется). Это дается легко, потому что я, когда надеваю костюм из магазина «Сударь», чувствую себя максимально свободно и уверенно, чувствую себя собой. Как я уже говорил, когда тебя назначают сверху — это чудо, и оно облегчает жизнь, а не усложняет. Мне все дается легко, я получаю удовольствие от своей работы. Мне нравится быть в кадре — все процессы, от собеседований до деловых встреч, фиксирует группа документалистов. Она снимает все собрания, увольнения, интервью. Это профессиональные работники, которые занимаются кино, и они все время со мной, они все время следят, снимают документалку. Возможно, это когда-нибудь превратится в сериал или нарезку клипов. Я всегда максимально свободно себя чувствую под прицелами камер, потому что, как я уже сказал, когда тебя назначают сверху, это придает энергии и сил.
Вы случайно не снимаете аналог сериала «Офис»?
Да я не знаю, что мы делаем. Ребята просто снимают мою жизнь. А там посмотрим, что это будет.
Вернусь к техно. Можно ли говорить о смерти этой музыки в связи с закрытием клубов из-за коронавируса?
Безусловно, вне клуба техно-музыка не нужна. Я своих работников, например, всегда отчитываю, когда прохожу по опен-спейсу и слышу, как из наушников играет техно. Что это такое? Дорогие мои, вы где находитесь? Как бы я все понимаю, но, во-первых, сделайте потише, во-вторых, такую музыку надо слушать в клубе, потому что там она создает для вас специальные условия — направляет вас на танцы. На работе танцевать не надо, на работе надо работать! Эта музыка исключительно для танцев — она функциональная, несет конкретную задачу — ритм. На работе слушайте либо мою музыку, либо подборки любимого джаза.
В плане смерти — все не вечно, и техно-музыка тоже. Возможно, из-за коронавирусной пандемии это направление очистится. Кто-то перестанет им заниматься, вернется в офис. Я буду только рад этому. Потому что электронная музыка — это что? Это как электронная сигарета, как говорят бабушки и дедушки (смеется).
Расскажи о творческом процессе Директора Всего. Он отличается от работы Interchain, Obgon или создания «Объекта и среды»?
Конечно, отличается. Я остаюсь в своем кабинете, выключаю свет, когда все сотрудники покинули офис. Смотрю отчеты, что за день было сделано, потом достаю синтезатор и начинаю играть. И что приходит в голову — сразу записываю, накладываю туда бит, и все готово. Если раньше с техно-музыкой приходилось мучиться, искать звук, то здесь мне нужны лишь пустой офис и синтезатор. Все. Треки делаются легко, за неделю альбом готов, а больше на это времени тратить я не вижу смысла. У меня куча других задач.
Для меня творческий процесс в плане написания музыки — такой же, как создание красивого контракта: все хорошие вещи делаются быстро. Это мое мнение. Если ты заработался над чем-то, у тебя как-то замыливается видение, в итоге ты слишком много пускаешь в это энергии и сил. А когда слушаешь, что получилось, думаешь: «Ну, что-то не знаю…» Если процесс идет легко, быстро, в кайф — зачем усложнять? Я знаю работников, которые одну песню в год могут делать. Зачем это? У меня за год столько всего происходит, что ого-го!
Коллаборации с такими работниками у тебя все же были. Как тебе с ними сотрудничалось?
В рамках Директора Всего у меня пока не было коллабораций, но они будут в новом альбоме. Я пока не буду раскрывать секрет — с кем, но там есть парочка совместных предприятий с классными артистами, с ними работалось очень легко, комфортно, было стопроцентное взаимопонимание. Мы подписали контракт на первой встрече, и все было прямо очень хорошо. По поводу прошлого — ну, мне даже с перфекционистами легко работалось. Мы, видимо, ловили какую-то волну, все понимали, что нам нужно от этого взаимодействия, и не хотелось тянуть время. Ведь затягивание времени приводит к падению акций. Не надо тянуть время. Чувствовать надо, чувствовать! Пошла маржа — раз, взялся за нее, написал альбом — выпускай его, не держи. Чтобы расти, развиваться в бизнесе, в творчестве, надо больше производить. Каждый продукт дает тебе шаг к следующему продукту. Так ты идешь по карьерной лестнице вверх. Так ты становишься богаче, успешнее, знаменитее.
Наслышан о твоем первом опыте исполнения музыки — ты ее исполнял на «Витафоне». На каких еще неожиданных предметах ты играл или планируешь поиграть?
Я вообще считаю, что в наше время в качестве музыкального инструмента можно использовать что угодно. У меня есть песня «Договор», она вышла как экспортный продукт на голландском лейбле Osare! Editions, который принадлежит Елене Коломби. Там я играю на клавиатуре компьютера. То есть я пишу договор, звук клавиатуры записывается и является частью композиции. Любые звуки надо использовать, и в этом кайф. Многие музыканты ломают голову — как нам сделать собственный саунд? Ребята, элементарно: запишите любой звук на диктофон, засуньте его в семплер, и вот ваш оригинальный собственный саунд, не похожий ни на что! Я не понимаю, почему другие работники до сих пор не пользуются этой элементарной схемой. Наше время позволяет делать все: можно на айфон записать и сделать свой семпл-пак из оригинальных звуков. Отбойники, бензопилы — все что угодно и в любом жанре музыки, от индастриала до какого-нибудь авант-попа. В любую музыку можно запихнуть любой звук, и этот звук будет оригинальным, его не будет ни в одной аналоговой драм-машинке, он будет ваш, личный. Во многих треках у меня есть такие звуки — клавиатура, принтер, что угодно. Это я люблю.
Ты родом из Ташкента. Следишь за местной электро-сценой? Есть там что-то, заслуживающее внимания?
Безусловно, там есть что-то, заслуживающее внимания. Например, там появилась творческое объединение «Факультет акустики». Они делают фестивали «Фрагмент» и «Стихия», последний проходит на высохшем Аральском море, на кладбище мертвых кораблей. Это фантастическое место, незабываемое. Мы там выступали с проектом Interchain. Это было восхитительно, потому что в этих краях ничего не происходило, все законсервировалось из-за политической ситуации и президента Ислама Абдуганиевича Каримова, который не давал свободы никому. Каримов умер, пришел новый президент, пошла новая энергия, новая жизнь. Туда вернулись творческие люди, которые начали что-то развивать. Ребята из «Факультета акустики» — такая сборная команда, один чувак пожил в Москве, посмотрел, как тут все происходит, вернулся и стал поднимать локальную тусовку. Диджеи, клубы даже, какие-то вечеринки — все, конечно, на таком начальном уровне, но здорово то, что что-то меняется на моей родине. Я буду рад туда еще раз приехать, выступить с семинаром в Олий Мажлисе, устроить бизнес-встречу с земляками, поговорить о проблемах и о том, как их решать, с радостью поделюсь своим многолетним опытом.
Ты упомянул лейбл, вопрос про них: ты основал свой Incompetence Records, выпускался на чужих — зачем они вообще нужны?
Incompetence Records был основан Женей Горбуновым (второй участник Interchain, создатель проектов «ГШ», «Интурист», NRKTK — прим. «Ленты.ру») и мной, но я свой пакет акций отдал Жене и ушел из бизнеса, потому что я человек занятой, у меня нет времени заниматься разными артистами. Я хочу заниматься своим проектом, своим делом, фокусироваться на себе. Более того, я просто понял, что руководить музыкальным лейблом — не моя тема. Это очень важный момент! Каждый работник должен понимать, что его, а что не его, и тогда любая работа будет в кайф, она будет ему понятна и будет приносить удовольствие. Сейчас лейбл мне нужен для того, чтобы грамотно залить мои релизы на дистрибьюторскую платформу и отправить их на стриминговые площадки. Вот и все. На этом, пожалуй, роль лейбла в современном понимании исчерпывается. Есть, конечно, большие корпорации, которые дают бюджеты, вкладывают деньги, но от них тоже ничего не стоит ждать. Лучше все делать самому и быть самому себе лейблом — так ты сможешь выпустить музыку, когда захочешь, сможешь сделать дизайн, какой хочешь, контракт с самим собой подписать на сколько угодно релизов и быть абсолютно независимым артистом. Это очень важно — многие молятся, отравляют демки, ждут, когда их кто-то подпишет… А не ждите! Будьте сами себе лейблами, и, возможно, кто-нибудь и обратит на вас внимание.
